Валерий Савчук: «Мы смотрим на фотографию телом»

Валерий Савчук, доктор философских наук, профессор Санкт-Петербургского Государственного университета заходит в помещение с вывеской «Моментальное фото», делает снимки, интересуется: «Когда будут готовы?».  «А вы на следующий день приходите».  Савчук в восторге: в начале прошлого века система «Kodak» позволяла выдавать фотографии сразу после щелчка затвора, а ныне на изготовление «моменталки» нужны сутки.

Выйдя на улицу Савчук переходит от фотографии моментальной к фотографии концептуальной:

— Фото на документы – это образ человека, уличенного во всех проявлениях жизни. Еще несколько лет назад фотографии на паспорт делались с обязательным восьмикратным уменьшением. Можно было измерить ширину плеч на фото, умножить ее на восемь, и, таким образом, узнать точный размер оригинала. То же самое касалось и глаз: как бы ни старел человек, расстояние между его глазами не меняется никогда.

— Интересно, можно быть фотографом-концептуалистом, делая фото на документы?

— А почему нет? В концептуальной фотографии неважно, постановочный снимок или нет. Концепт не придумывается за рабочим столом — муза любит энергичных. Концепт может быть длиной в полжизни или во всю жизнь.

Петербургский фотограф Станислав Чабуткин, к примеру, отснял серию фотографий, на которых изображена девушка, больная церебральным параличом. В чем суть? Не так давно была замена паспортов, а в паспортной службе есть правила: перед лицом власти надо быть спокойным. Но параличная  девушка не может быть спокойной из-за болезни, гримаса недуга каждую минуту меняет ее лицо. Так родилась глубокая концептуальная серия, в которой гримаса трактуется как способ ускользания от лица власти. Эта концепция рождает шизофренический ход, описанный философами Делезом и Гваттари.

— Но вряд ли подобный концепт будет считываться без пояснения куратора.

— Все настоящее и подлинное элитарно. Чтобы концептуальная фотография была замечена и прочитана как произведение искусства, должны быть внятные объяснения куратора или критика. На такие фотографии не просто смотрят — над ними размышляют. Однако все элитарное через какое-то время становится массовым. К примеру, жанр ню стал общеупотребительным, достижения авангардистов давно внедрены в массовое сознание.

Мы живем  в мире, где художественный образ становится главным движителем, оттесняя на второй план все остальное. Поэтому парафраз «дайте мне образ, и я переверну мир» справедлив. Фотография агрессивна, она совершает насилие над человеком, в результате чего мы перестаем замечать все, чего нет на снимке.

Концептуальная фотография предопределена философией этого искусства. Именно поэтому необходимо продумать позицию фотографа/художника в современном мире. Лозунг: «Художник помни, что был постмодернизм»  характеризует наше время; смысловой акцент – на слове «был». С одной стороны, нынешний художественный автор не может быть актуальным, если не знает постмодернизма. С другой —  необходимо выйти на новый уровень отношения к реальности. Эта двойственная ситуация тревожна для тех, кто любит определенность и четко относит себя к авангардистам, нонконформистам, постмодернистам. Но есть художники, которые не могут не реагировать на слом концепта целой эпохи. Сейчас, когда постмодернизм умер, образовалась ситуация, заострившая проблему самоопределения.

Постмодернизм умер 11 сентября 2001 года, после теракта в Америке?

— Да, потому что стратегии ускользания, апроприации (присваивания несвойственных ранее функций), игры, дистанции, безответственности, смешения стилей и прочие радости постмодернизма стали неинтересны. После теракта в Америке постмодернисты утратили способность говорить. Кощунственно же в самом деле определять подобные события в категориях красоты.

— Выходит, что философия фотографии становится актуальной именно в наши дни, когда постмодернизма больше нет?

— Философия фотографии – такой же легитимный образ исследования, как и философия науки и техники. Теоретик фотографии имеет дело с фундаментальными для западной цивилизации  объектами. В середине девятнадцатого века фотография требовала покоя человека во время съемки от 15 до 30 минут. Существовали специальные штативы, которые фиксировали голову, тело и конечности. За тридцать минут даже в фиксированном теле происходили микродвижения. В результате снимок получался живым и обобщенным одновременно.

В концептуальном искусстве портрет художника, выполненный другими художниками —  один из главных объектов исследования. Это как раз та ситуация, когда каждый фотографирует себя. Любая съемка — всегда результат взаимодействия модели и фотографа. Когда один человек смотрит на другого, он видит не только лицо, но и реакцию, которую сам вызывает.

У фотографов, склонных к метафизике, модели погружены в задумчивое состояние. И напротив, у гламурных фотографов, кого бы они ни снимали, всё будет китчем. Каждый запечатлевает другого в меру масштаба собственной личности. Поскольку внутренний мир фотографа накладывается на внешний, он свои состояния выискивает у других, провоцирует их проявления и фиксирует их. Если взять несколько портретов, сделанных одним фотографом, то помимо своей воли он предъявит нам автопортрет.

— Вас фотографировали и Чабуткин, и Чежин, и Китаев, и Корсунова, и Никипорец, и Ляшко… Кто в первую очередь изображен на этих снимках: вы или они?

— Я плюс портрет того, кто меня снимал. Либо — портреты тех, кто меня снимал, за вычетом моего изображения. Еще на них есть те реальные состояния, которые я продуцировал.

— Но ведь фотограф не один раз щелкает затвором, он выбирает один снимок из нескольких десятков.

— Фотограф смотрит на изображение два раза — во время съемки и на отпечатке. Если полученное не удовлетворяет авторской эстетике, фотография не выставляется. Тот человек, который выполняет глубокомысленные фото, не выставит на обозрение глуповатый портрет, он его отбракует. При этом, фотография не только отражает — она преображает. Потому что вслед за фотографом, принимающем позу во время съемки, мы внутренне повторяем ее всем телом. Соответственно и на фотографию мы смотрим не столько глазами, сколько телом, традицией и культурой.

Фото из архива Валерия Савчука

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели